Логический характер

принцип исключенного третьего

Все формулировки носят здесь логический характер: это положения, говорящие о высказываниях, а не о вещах. Стагирит говорит, что «один из двух членов противоречия должен быть истинным… отрицание и утверждение не могут быть оба ложными», а в другом месте — что «не может быть ничего посредине между двумя противоречащими суждениями». Он полагает, что в противном случае по отношению к соответствующим вещам чему-либо должно было бы быть присуще не бытие, а какое-то промежуточное бытие, а чему-либо иному—промежуточное бытие промежуточного бытия и т. д. до бесконечности. Здесь не видно различения принципа исключенного третьего и закона двузначности, который он также принимает, заявляя, что «всякое утверждение или отрицание истинно или ложно». Таким образом, он в принципе стоит на точке зрения правила исключенного третьего и двузначной логики и придерживается этой точки зрения во всех произведениях, кроме работы «Об истолковании». В последней же работе он возражает тем, кто считает, будто тезис о том, что всякое утверждение является либо истинным, либо ложным, сохраняет силу также и в отношении будущих событий, зависимых от обдумывания и решения. Ведь на вопрос о том, состоится ли сражение, справедлив будет ответ, что оно состоится или не состоится, но нельзя назвать истинным какое-либо из этих двух предсказаний. Подобно этому обстоит дело с вопросом, будет ли этот плащ разрезан или нет. Здесь мы имеем зародыш ограничения детерминизма и зародыш многозначной логики, принимая во внимание, что Аристотель признает и то, что из обоих исключающих друг друга противоречащих членов альтернативы один может быть более возможен, чем другой.